Новая теория Материалы О нас Приглашение к сотрудничеству Услуги Партнеры Контакты Манифест
   
   
 
Материалы
 
ОСНОВНЫЕ ТЕМЫ ПРОЧИЕ ТЕМЫ
Корея, Ближний Восток, Индия, ex-СССР, Африка, проектная деятельность/проектировщики, аврально-опытная деятельность (АОД), рутина, виды управленческой деятельности, иерархия, бюрократия, национальное государство, инвестиционный климат, фирма, пузырь, Административная реформа, налоги, фондовые рынки, Южная Америка, Великобритания, исламские финансы, золотой стандарт, социализм, капитализм, МВФ, Япония, рейтинги, облигации, бюджет, СССР, наука, ЦБ РФ, рубль, финансовая система, политика, нефть, финансовые рынки, финансовый пузырь, прогноз, евро, Греция, ЕЦБ, кредитование, экономическая теория, инновации, инвестиции, инфляция, долги, недвижимость, ФРС, доллар, QE, бизнес в России, реальный сектор, финансовый сектор, деньги, администрирование
 

Нефтяной поворот

14.02.2018

А голову мою не оплакивай, потому что за двадцать лет
кто-нибудь из нас уж обязательно умрет – или я,
или эмир, или этот ишак. А тогда поди разбирайся,
кто из нас троих лучше знал богословие!

– Повесть о Ходже Насреддине

 

"Реки горят, камни текут, галка в сосне утонула". Как легко можно понять, подобного рода сентенция выражает чуть ли не высшую степень удивления, которая может быть проявлена произносящим её. И, надо сказать, повод для этого есть: на неделе стало известно, что некоторое время назад США успешно продали нефть арабам, конкретно товар был закуплен американскими контрагентами из ОАЭ. Нефть была отправлена из хьюстонского терминала Enterprise Products Partners LP на танкере Seoul Spirit, который прибыл в порт Рувайс в Абу-Даби 31 января. Кроме того, Бюро переписи населения США сообщило, что в декабре прошлого года США экспортировали около 700 000 баррелей легкой нефти в ОАЭ. Это, конечно же, можно было бы считать занятным курьёзом, не более чем – но в целом в мировой нефтяной отрасли, похоже, предполагаются довольно серьёзные изменения.

Надо сказать, что поставка американской нефти арабам – лишь один из новых факторов. Другим таким фактором стал резкий рост американской нефтедобычи. Уточненные данные показали, что уже в ноябре прошлого года нефтяники США извлекали из недр 10,038 миллионов баррелей в день (мбд) нефти; предыдущий (предварительный) показатель был почти на 3% меньше. Это уточнение имело за собой сразу несколько последствий: во-первых, добыча перевалила психологический рубеж в 10 мбд., во-вторых, она ещё более укрепила уверенность в том, что нынешние абсолютно пиковые уровни, превосходящие таковые в 70-е годы прошлого века, есть не флуктуация, но закономерность.

Тенденция продолжилась и в дальнейшем: за предыдушую неделю, по сообщениям EIA (американского энергетического агентства), добыча составила 10,251 мбд., поставив тем самым новый рекорд. В целом за год производство нефти в США выросло на 1,27 мбд., при этом львиную долю прироста дал сланцевый нефтяной бассейн Permian в штате Техас. Более того, еще в середине января такие уровни суточной добычи – порядка 10,25 мбд. – прогнозировались экспертами Международного энергетического агентства (МЭА) лишь к концу года, но по факту были достигнуты уже через пару недель. Впрочем, как раз именно эти уровни могут (на данный момент времени) действительно оказаться флуктуацией.

В-третьих, всё это сопровождается, понятное дело, резким сокращением импорта нефти в США – за год импорт нефти и нефтепродуктов свалился с 5,96 мбд. до 4,59 мбд.; по сути, это сокращение импорта американцами примерно на 70-75% съело сокращение производства нефти в рамках сделки ОПЕК+. Сделка эта, безусловно, работает – страны-участники вполне выдерживают свои квоты, кроме того, поддержку ценам на нефть оказывает ещё растущий просто в силу роста мировой экономики столь же мировой спрос на нефть. Ещё один фактор поддержки цен – ситуация в Венесуэле, где местные левые, заигравшись в эмиссионное финансирование экономики, довели инфляцию по итогам 2017 года до 4000% и уронили производство нефти за тот же год примерно на четверть, что дало мировой экономике дополнительного дефицита в 0,4-0,5 мбд.

В-четвертых, ещё одним фактором возмущения нефтяного рынка стало решение о продолжении распродажи нефти из государственных резервов США. План этой распродажи был принят ещё при Обаме, и завершиться она должна была в 2025 году продажей 190 млн. баррелей, т.е. чуть более чем четверти государственных нефтяных запасов США. Запас этот был создан в 1973 году на волне нефтяного кризиса и повышения цены на нефть, составляет он порядка 700 млн. баррелей, что являет собой валовое потребление нефти американцами за два месяца с небольшим. Тем не менее, его уже распродают – и по итогам 2017 года было продано 18 млн. баррелей, а на текущий год продажи предполагались на уровне 25 млн. баррелей с пиками в 2024-2025 годах с 35 млн. баррелей. Теперь же срок продаж продлён до 2027 года, предполагаемый объём продаж также увеличен, и суммарно к продаже предполагается около 40% американской нефтяной кубышки.

Выглядит это, надо признать, довольно забавно: в течение чуть ли не десятка лет продать объём равный трехдневному (!) мировому потреблению – либо же двухнедельному потреблению американскому. Иначе говоря, сколько-нибудь заметно встряхнуть рынок такие продажи никак не могут, более того, их не хватит и гасить колебания. Важно другое – фактически, США признают, что такой крупный запас им попросту не нужен, что отечественные нефтяники в перспективе вполне смогут снабдить экономику страны достаточным количеством этого энергоносителя. 

В-пятых, белый флаг (в очередной раз) выкинула ОПЕК, точнее её ключевая страна-участница – КСА. Я уже упоминал, что в прошлом году эта организация выпустила обращение к американским нефтяникам, в первую очередь к сланцевикам – мол, не надо вести себя безответственно по отношению к рынку нефти; американцы, явно выигрывающие конкуренцию (а не будь этого – уже они бы печалились и призывали к кооперации и поддержанию "справедливой цены"), предсказуемо не ответили. На сей раз КСА объявила о скидке на самый широкий спектр сортов своей нефти по отношению к рыночной цене; впрочем, цена самого массового саудовского сорта – Arab Light – для Азии пока останется неизменной. Ещё дальше пошел Ирак: Багдад объявил о скидке по отношению к рынку для всех своих сортов нефти и для всех регионов, где только могут быть покупатели.

В-шестых, на минувшей неделе в космос была отправлена тяжелая ракета Falcon Heavy Илона Маска, которая в качестве полезного груза выпустила на гелиоцентрическую орбиту Tesla Roadster – личный автомобиль самого Илона Маска. Дело, понятно, не в ракете как таковой, её экономических перспективах, успешности-неуспешности запуска и так далее – такие вещи я, не будучи специалистом, комментировать не буду. Важно другое – этот запуск в космос электромобиля послужил довольно серьёзным пиар-ходом всей этой истории с электромобилями различных видов, марок и сортов. Опять же, здесь можо вспомнить принятые в Европе программы постепенной замены имеющегося бензинового и дизельного автопарка на электромобили. Иными словами, эта трансформация получила заметный толчок.

Здесь надо сказать, что с чисто экономической точки зрения для меня вся эта затея с переходом на электромобили выглядит довольно сомнительно. Разворачивание сети зарядок для таких машин потребует очень серьезных инвестиций, ёмкость самих аккумуляторов всё ещё оставляет желать лучшего, борьба за каждый грамм массы заметно усложняет переход на электроэнергию целых классов тяжелых машин, наконец, не решена проблема эффективной работы аккумуляторов в условиях холода. Но экономическая подоплека имеет тут мало смысла: решения по переходу на электромобили приняты на политическом уровне, без учета расходов и окупаемости – и, соответственно, этот переход дополнительно будет давить на потребление нефти и нефтепродуктов. Собственно говоря, в США порядка 70% потребляемой (своей и импортированной) нефти используется как топливо для транспорта, а большая часть этого объёма (45% от общего потребления) используется в форме бензина. Если предположить схожее распределение формы потребления нефти и в Европе, то можно сделать предварительный вывод, что массовый переход на электромобили сократит потребление нефти примерно на 20-25-30% от нынешних уровней – "электромобильный спад" будет частично скомпенсирован ростом потребления в силу именно что развития экономики.

Сводим картинку воедино – и получаем, что, судя по всему, мы сейчас присутствуем при фундаментальном развороте ожиданий относительно нефти как сырья. Нет, она никуда не денется – но из ключевого, фундаментального сырьевого актива данного витка развития человеческой цивилизации она будет смещаться в сторону актива важного – но никак не ключевого. Грубо говоря, при продолжении нынешних трендов через пару десятков лет нефть займёт место нынешнего каменного угля. Он, конечно, штука весьма полезная – но его использование людьми не идет ни в какое сравнение с масштабом вековой давности. Повторюсь ещё раз – это горизонт не единичных лет, речь о полутора-двух десятках их, более того, здесь вполне можно вспомнить вынесенную в эпиграф притчу. Тем не менее, взяв за основу эту гипотезу, я не могу не задаться мыслью – а как, в случае такого вот фундаментального отхода от нефти, будет выживать Россия образца 2038 года?

Вспоминаем СССР. Я уже писал о том, что с точки зрения балансировки экономики и минимизации нехватки капитала, труда, сырья и так далее пик развития советской экономики был достигнут в 1959 году. Далее она поплыла – дисбалансы стали вылезать чуть ли не потоком. Седьмая пятилетка, превратившаяся по-факту в семилетку – поскольку выполнить план в срок оказалось просто не под силу. Расстрел в Новочеркасске – обусловленный народным недовольством, что, в свою очередь было обусловлено плановым повышением цен, каковое произошло тоже не просто так, из вредности властей, но из экономической необходимости. Глупое, печальное и бессмысленное "рязанское чудо". Вся эта история с СОФЭ и ОГАС как попытками спасения, наконец, сам концепт квазирыночных реформ Косыгина-Либермана...в общем, вспомнить можно много чего. Но решение, стабилизировавшее экономику СССР, пришло со стороны – в виде рентных доходов от нефти Западной Сибири, которые ещё и резко увеличились в 70-е годы.

Опять же, здесь можно долго рассуждать и спорить об уровне зависимости от нефтяного экспорта и закупаемого импорта, об импорте критичных технологий и компонентов – и импорте потребительском. Можно вспомнить анекдот времен перестройки: "Говорят, у вас на складе ржавеет импортное оборудование? Ничего подобного, оно наше, отечественное!" Это, в любом случае, вопрос дискутируемый и находящийся за рамками нынешней темы. Но избавиться от невеселой аналогии достаточно сложно – и я, на данный момент, не вижу никакого имеющего привычную рентную природу ресурса, который мог бы заменить переставшую быть столь нужной нефть.

По большому счёту, об этом надо бы крепко думать, но...впрочем, хватит. Есть традиционные вопросы – "кто и почему будет это делать", и столь же традиционно нет на них ответов.

С тем и живём.

Опубликовано 11.02.18 на портале Бизнес-Онлайн, Казань.

Метки:
Россия, Будущее, нефть



15 марта 19:00-21:00
Прогноз мировой и российской экономики на 2018 год

При оплате до 12 марта
стоимость курса 7000 рублей

При оплате после 12 марта
стоимость курса 9000 рублей

Предоплата 5000 рублей

 
© 2011-2018 Neoconomica Все права защищены