Новая теория Материалы О нас Услуги Партнеры Контакты Манифест
   
 
Материалы
 
ОСНОВНЫЕ ТЕМЫ ПРОЧИЕ ТЕМЫ
Корея, Ближний Восток, Индия, ex-СССР, Африка, виды управленческой деятельности, бюрократия, фирма, административная реформа, налоги, фондовые рынки, Южная Америка, исламские финансы, социализм, Япония, облигации, бюджет, СССР, ЦБ РФ, финансовая система, политика, нефть, ЕЦБ, кредитование, экономическая теория, инновации, инвестиции, инфляция, долги, недвижимость, ФРС, бизнес в России, реальный сектор, деньги
 

Стимулы и рынки

04.05.2021

Ничто не остановит
простимулированную морскую свинку!

– "Чип и Дейл спешат на помощь"

 

Месяц с небольшим назад я слегка коснулся темы дальнейшего возможного поведения мировых центробанков, а конкретно – вопроса о том, кто из них, как и когда начнет, ориентируясь на риски инфляции, ужесточать денежно-кредитную политику (ДКП). Такие ЦБ на тот момент уже были – ужесточением отметились регуляторы России, Бразилии и Турции. Сегодня мы продолжим эту историю, тем более что у нее появился весьма значимый формальный повод – решение по ставкам и стимулам от ключевого актора мировой экономики, ФРС США, к которому дополнительно прилагается еще и пресс-конференция главы ФРС США Джерома Пауэлла. От него, по сути, ждали развернутого ответа на вопрос "каким он видит дальнейшие регуляторные меры". Ответ этот, в целом, был получен – но, как всегда, есть некоторые нюансы.

Для начала стоит предположить, что и в США инфляционные риски стали видеться как значимые. Не регулятором, нет, Пауэлл на пресс-конференции прямо заявил, что "восстановление остается неровным, незавершенным, а экономика еще очень далека от достижения целей занятости и инфляции". Рынки так, похоже, не считают и несколько напрягаются. Кто-то смотрит на развивающиеся рынки, в частности, на Россию, где рост ставки уже произошел и составил 0,75% по итогам двух повышений. Кто-то смотрит на Европу и видит ускорение инфляции там. Действительно, по итогам марта рост потребительских цен в 19 странах еврозоны составил 0,9% м/м против 0,2% м/м в феврале. При этом ЕЦБ, также как и ФРС США, не видит в этом никакой проблемы, не корректирует размеры эмиссионных программ и в целом сохраняет умиротворяющую голубиную риторику.

С другой стороны, Джером Пауэлл просто светился оптимизмом – не в отношении текущей ситуации в экономике США, но в отношении тех мер, которые ФРС США намерена предпринимать. Так, "ситуация на рынке труда улучшается", но нынешний достигнутый уровень в 6% не так хорош, как он мог бы быть, поэтому надо продолжать стимулирование. Более того, сейчас "не время говорить о сворачивании стимулов, поскольку то, что мы наблюдаем, не близко к значительному дальнейшему прогрессу". Пауэлл также дал понять, что очень обеспокоен именно что рынком труда (а никак не инфляцией) и понесенным там ущербом, и прямо заявил, что США еще очень далеки от полной занятости.

Про инфляцию было сказано, что 12-месячный индекс инфляции PCE (Personal Consumption Expenditures) выйдет за 2%, являющиеся целью ФРС, но это преходящее ускорение инфляции не будет являться достаточным критерием для повышения ставки и вряд ли приведет к устойчивой инфляции. Данный показатель уровня инфляции, выдаваемый, скажем так, альтернативным ведомством, является комплиментарным к более привычному CPI (Core Prices Index) – и ФРС, кстати говоря, в своих целях ориентируется именно на PCE.

Кроме того, он признал, что цены на некоторые активы высоки – но что не видит рисков финансовой системе от рынка жилья. Нюанс был указан правильный – американцы прекрасно помнят, что триггером кризиса 2008-2010 годов (за все эти годы после которого так и не произошло нормализации ставок!) стал именно жилищный рынок. Согласиться с ним, однако, сложновато: важный показатель цен на жилье в 20 крупнейших городах США за первые два месяца этого года вырос на 2,4%, а всего их рост составил 11,9% в годовом исчислении. Это, конечно пока еще не те пики, что были 13 лет назад, но тренд идет именно в сторону роста цен на жилье, и достижение их – вопрос нескольких месяцев.

Иной показатель, стоимость односемейного дома на вторичном рынке (медиана – 50% домов продаются дешевле, 50% дороже), вырос за год более чем на 18%. При этом сами продажи упали в числе – продавцы попросту придерживают дома. Рынок при этом, безусловно, реагирует адекватно – ростом числа новых разрешений на строительство, закладок новых домов и удвоением (с начала года!) цен на пиломатериалы – но нормализовать ситуацию это всё может только с некоторым лагом, ведь дома не строятся моментально. Сами американцы при этом старательно пользуются аттракционом неслыханной щедрости, устроенным ФРС: они в массовом порядке рефинансируют свою ипотеку под более низкий процент, что тоже толкает цены вверх.

Что любопытно, эта ситуация сильно напоминает то, что случилось в России 20 лет назад. В 1998 году произошел дефолт, рубль ухнул вниз более чем вчетверо. Замедление экономической активности закономерно привело к сокращению объемов начала строительства многоквартирных домов. Это, в свою очередь, по истечении стандартного трехлетнего цикла строительства обратилось в 2002 году в заметное сокращение предложения квартир на рынке жилья, что повлекло за собой рост цен. И уже этот изначальный рост цен на жилье, который наложился на приток капитала в страну (обусловленный ростом цен на нефть), лег в основу того самого пузыря нулевых годов на рынке недвижимости, по простой схеме "цены растут – капитал бежит в дорожающий актив – цены растут еще выше". Критичен здесь приток капитала – и он был, за счет просачивания доходов от продажи нефти и в силу стремительного развития кредитования.

Вернемся к США.

Итак, регулятор не видит значимых проблем, а те, что есть, считает незначимыми. С другой стороны, и инфляция начинает напрягать, и цены на жилье расти слишком уж активно. Но дело в том, что данными опасностями их список не исчерпывается – и есть признаки того, что неприятный привет может придти с фондового рынка, разогнанного в небеса силами эмиссионных программ ФРС США, ЕЦБ и иных центробанков.

Дело в том, что сами-то индексы рынков пока еще бьют рекорд за рекордом – но у крупных игроков нарастает тренд на вывод денег с рынка и наращивание объемов кэша. Так, на прошлой неделе хедж-фонды и другие крупные инвесторы вывели в наличные $57,3 млрд., по подсчетам Bank of America. Это окэшивание стало максимальным в объемах с марта прошлого года, когда на фоне коронавирусных страхов на рынках случился жестокий обвал, и распродавалось всё и вся. Помимо того, можно предположить, что все эти крупные игроки постепенно готовятся к повышению налогов, анонсированному администрацией Джозефа Байдена; отметим, что коснется оно и корпораций, и простых американских инвесторов, несущих на биржу кровный доллар, поскольку Байден, среди прочего, анонсировал повышение налогов на прирост капитала. Можно также предположить, что инфраструктурный план правительства США на $1,9 трлн., т.е. наращивание госрасходов, даст толчок инфляции – и это, в свою очередь, сподвигнет ФРС США на ужесточение ДКП – либо более раннее, либо более серьезное, либо и то и то вместе.

Фактически, можно предположить, что рынок вляпался в инфляцию ожиданий – и в таком положении любые новости, кроме просто суперпозитивных, будут восприниматься как что-то плохое. Индекс широкого рынка S&P500 вырос за год на 88%, показав, на всех этих стимулах, самый быстрый отскок от дна аж с 1936 года. Валовая эмиссия за этот год составила порядка $10 трлн., глобальная капитализация фондовых рынков за год выросла на баснословные $60 трлн. и составила более $112 трлн.  Этот показатель, в свою очередь, на 27% превышает глобальный же ВВП, и это отношение (т.н. "индекс Баффета", в глобальном варианте – обычно он считается для национальных рынков) сейчас на 5% превышает таковой уровень, достигнутый, что характерно, в том самом 2008 году, перед тем, как "всё началось".

Неприятность в том, что у данной ситуации нет признанного и понятного решения, 13 лет назад было так же, у Бена Бернанке не было ничего конвенционного, перед ним стояла перспектива санкционирования массовых банкротств и санации рынка. Это звучит, безусловно, "правильно" – но такие меры породили бы массовое нарушение производственных цепочек в глобальном масштабе, с потерями для тех, кто не был ни в чем виноват – и с нарушениями уже даже самого социального устройства США. Бернанке сделал хитрый финт со своими эмиссиями, помог и "план Полсона" на $700 млрд. – и накопленные риски были нивелированы, еще тоньше размазаны по системе, вычищены были лишь самые заигравшиеся акторы, полностью утратившие управление рисками. В этом-то и проблема: нет возможности без потерь "изъять" из системы наиболее разбалансированные элементы, после чего дать оставшемуся рынку "разобрать" освободившееся поле деятельности. Риски каскадны: кто-то разоряется, не платит по обязательствам другому, он третьему, все они не платят зарплаты – и черное пятно расползается по экономике.

Что страшнее – эта опасность (причем ее масштабы не посчитать никакими компьютерами, система слишком сложна и структурно, и по генерируемым потокам данных) – или же не решение, но оттягивание и усиление ее эмиссионными программами, в соответствии с вульгарно понимаемыми заветами модной ныне MMT (Modern Monetary Theory)? Нет ответа. В этом, на самом деле, и заключается чуть ли не самая главная проблема капитализма: его распространение и расширение порождает размазывание рисков. С одной стороны, предприниматель как позиция постоянно улучшает сложившуюся систему разделения труда, и этой работе мы и обязаны стремительным экономическим ростом последних двух с половиной веков. С другой – он, не будь дурак, нивелирует риски, поскольку всегда находятся те, кто готов страховать, или просто кто не представляет всего их масштаба. И на выходе – глобальная ситуация перенасыщенности рисками.

Первый капиталистический кризис условно-современного вида был в 1788 году. Затронул он одну страну (Англию), одну отрасль (производство пряжи из хлопка) и длился менее полугода. Сейчас же мы видим глобальный масштаб и глобальный кризис, с 2008 года превратившийся в глобальную депрессию с минимальным ростом, ласково названную "новой нормальностью" (new normal).

Вся эта ситуация остро нуждается в осмыслении. Пока же, не исключено, в ближайшее время отработает привычный паттерн "Sell in May and go away", т.е. "пришел май – продавай". Условия для этого вполне сложились.

Опубликовано 02.05.21 на портале Бизнес-Онлайн, Казань.

Метки:
США, Мировая экономика, ФРС

 
© 2011-2021 Neoconomica Все права защищены