Новая теория Материалы О нас Приглашение к сотрудничеству Услуги Партнеры Контакты Манифест
   
   
 
Материалы
 
ОСНОВНЫЕ ТЕМЫ ПРОЧИЕ ТЕМЫ
Корея, Ближний Восток, Индия, ex-СССР, Африка, проектная деятельность/проектировщики, аврально-опытная деятельность (АОД), рутина, виды управленческой деятельности, иерархия, бюрократия, национальное государство, инвестиционный климат, фирма, пузырь, Административная реформа, налоги, фондовые рынки, Южная Америка, Великобритания, исламские финансы, золотой стандарт, социализм, капитализм, МВФ, Япония, рейтинги, облигации, бюджет, СССР, наука, ЦБ РФ, рубль, финансовая система, политика, нефть, финансовые рынки, финансовый пузырь, прогноз, евро, Греция, ЕЦБ, кредитование, экономическая теория, инновации, инвестиции, инфляция, долги, недвижимость, ФРС, доллар, QE, бизнес в России, реальный сектор, финансовый сектор, деньги, администрирование
 

Гринч и рынки

09.01.2019

- Кузьмич, ты каким номером палил, а?
- Пятеркой.
- Кучно пошла. Аккурат между нами.

– "Особенности национальной охоты"

 

Начиная этот обзор текущей экономической ситуации, нельзя не отметить самого, на мой взгляд, главного: плотности потока новостей. Для привычно-сонной предрождественской ситуации этот показатель буквально зашкаливает. При этом инфоповоды имеют и зарубежное происхождение, и отечественное – и по ним мы сейчас пройдемся.

Во-первых, нельзя не отметить самого главного события – планового повышения ключевой ставки ФРС США. Вероятность этого повышения оценивалась рынком примерно в 70% – что и произошло в реальности. Сопровождалось это заседание FOMC (управляющего органа ФРС) пресс-конференцией, на которой выступавшие представители правления дали понять, что в будущем году ожидается только два повышения ставки, а не три, как предполагалось ещё в сентябре. Собственно, на это указывает и dot plot (опрос голосующих членов FOMC о том, какая, по их мнению, должна быть ставка), консенсус указывает на интервал ставки в 2,75-3%. При этом нельзя говорить о том, что скорость монетарного ужесточения в США действительно будет снижаться, поскольку начиная с этого декабря на максимум в $50 млрд. в месяц выходит программа сокращения баланса ФРС. Иначе говоря, в денежно-кредитной политике ФРС США меняется фокус – но никак не сам курс на ужесточение.

Вторая история – снятие санкций с "Русала" Олега Дерипаски. Звучит это очень громко, достаточно громко для того, чтобы стоимость акций выросла на бирже в полтора раза – правда, после этого рост заметно скорректировался. В реальности ситуация с этим событием весьма тонкая. Действительно, казначейство США сообщило, что намерено через 30 дней исключить из санкционного списка En+, "Русал" и "Евросибэнерго". При этом доля Олега Дерипаски в En+ (ключевой акционер "Русала") будет снижена с почти 70% до 44,95%, также он не сможет получать дивиденды, а голосовать на собрании акционеров не более чем 35% акций – остальные голоса будут "автоматически присоединяться к большинству". Кроме того, он сможет номинировать лишь 4 из 12 членов нового совета директоров, а из оставшихся 8 – 6 должны быть гражданами США или Великобритании. На этом моменте одна часть патриотической прессы возопила об изъятии национального достояния злыми англосаксами, другая – сообщила, что почти 25% акций Дерипаски должна поступить в собственность госбанка ВТБ, и что это хорошо. В реальности ситуация остаётся подвешенной: в письме казначейства используется фраза "VTB Bank or another non-SDN assignee approved by OFAC ("VTB Bank") will take ownership"  – т.е. точной гарантии, что это будет ВТБ, нет. Далее, этот возможный агент должен быть одобрен OFAC (Office of Foreign Assets Control – "Управление по контролю над иностранными активами", подразделение казначейства США), и с учетом того, что ВТБ находится в санкционном списке OFAC, я вообще не вижу шансов на то, что эти акции достанутся ВТБ. Кроме того, есть вероятность, что Конгресс не пропустит это предложение казначейства, и сейчас (09.01.19) оно находится в заблокированном статусе. Самое же интересное в этой ситуации заключается в том, что в настоящий момент стоимость алюминия даже ниже, чем была до введения в апреле этих санкций против российского алюминиевого гиганта.

Третья история – падение цен на нефть. Стоимость барреля североморского эталона Brent, на которую ориентируется российская смесь Urals, составляет сейчас всего лишь $53,5 (уже отскочило к $59 – 09.01.19 А.В.), что являет собой уровни сентября прошлого года. При этом с вершин октября этого года падение составило почти 40%, и, что интереснее всего, встреча ОПЕК+ в начале декабря, на которой было принято решение о дальнейшем сокращении добычи, не смогла сколько-нибудь заметно остановить процесс падения цены. Более того, КСА – ключевой игрок нефтяного рынка – сразу же после встречи ОПЕК (и обещания сократить добычу на 500 тыс. баррелей в сутки) сообщил о беспрецедентном снижении цен для своего ключевого рынка – стран Азии. Логика саудитов проста, они, судя по всему, намерены вести ценовую войну на своём традиционном рынке, в частности, помешать экспансии американского нефтяного экспорта, который в первую неделю декабря достиг нового исторического рекорда – 3,2 млн. баррелей в день. Соответственно, в гонку цен вынуждены, так или иначе, включаться все производители, и договоренности ОПЕК+ здесь имеют мало смысла.

Четвертая история – падение курса рубля до сентябрьских минимумов в 69 рублей за доллар, которое все мы пока еще можем наблюдать на уличных табло с курсом. Пока ещё – Владимир Путин на днях подписал закон о том, что эти элементы городской жизни, привычные ещё с самого начала 90-х годов, становятся под запретом. Смысл данного нововведения от меня, честно говоря, ускользает, курс доллара от того, что он перестанет маячить перед глазами, не изменится. Путиным было сказано, что этим-де промышляют незаконные обменные точки – ну так и отлично, по таким табло их можно определять и закрывать. Возможно, тут присутствует какая-то особая государственная мудрость; впрочем, это не особо важно. Важно то, что падение рубля началось в понедельник 17 декабря, после того, как было объявлено, что ЦБ с середины января вернется к практике покупки валюты для Минфина РФ, в рамках пополнения резервов. В моём предыдущем тексте я предполагал, что валюты для этих  целей на рынке может попросту не хватить, и это отзовется ростом курса – и, похоже, этот прогноз начал сбываться даже раньше, чем я думал.

Пятая история истекшей недели заключается в окончательном признании того, что в этом году "рождественское ралли" на фондовых рынках провалилось, окончательно и бесповоротно, что его украл тот самый Гринч, который не любит Рождество. Индекс капитанов рынка США – DJIA – снизился на 10% от максимумов начала месяца, примерно такое же падение показал и индекс широкого рынка S&P500. При этом ещё в начале месяца были заметны голоса о том, что вот оно ралли, вот сейчас заработаем, но к середине месяца они сменились недоумением, а сейчас – и откровенной печалью, замешанной на панике. Собственно говоря, индекс жадности и страха (т.е. настроений рынка), рассчитываемый CNN, находится сейчас на рекордных минимумах. Падение наблюдается и на фондовых рынках Европы, если на следующей неделе ничего не изменится, то текущий год окажется худшим для европейских акций с 2008 года. Последняя неделя при этом была худшей для DJIA и Nasdaq с октября 2008 года, а для S&P500 – с августа 2011 года. В целом, если поднять историю, то окажется, что с 1984 года было всего восемь раз, когда еще большая часть акций показывала подобную динамику. Два из них были в 1987 году – во время знаменитого краха в Черный понедельник, когда DJIA потерял 23% за один день, а затем снова во время следующей сессии. Остальные были после краха Lehman Brothers в октябре и ноябре 2008 года. Всё это сопровождается падением доходностей американских десятилетних облигаций, с пиков порядка 3,21% они обвалились до 2,8%. Это прямо свидетельствует о том, что мы уже сейчас видим массовый исход капиталов в актив-убежище. В целом мировые рынки с начала года потеряли $17 трлн. капитализации – и это воистину огромные объёмы. Рождественское ралли обычно обуславливалось довольно простой картиной – инвестиционные фонды по всему миру должны под конец квартала показать отсутствие неработающих денег, они должны быть куда-либо вложены, и в качестве такого инструмента и выступал фондовый рынок. Сейчас же, на фоне этих опасений, реципиентом капитала выступают скорее именно что безопасные активы.

Шестая история вновь имеет российское происхождение. На истекшей неделе вышел мониторинг экономической ситуации в России, подготовленный РАНХиГС, и согласно этому документу, могучий рост сельского хозяйства в России, о котором почти 10 лет отчитывался Росстат и которым хвастались чиновники по факту оказался на 30% приписками и ошибками статистики. Все эти несоответствия (к примеру, производство картофеля оказалось на 35% ниже декларированного) выявились в ходе Всероссийской сельскохозяйственной переписи. В целом были пересмотрены данные с 1996 года, пересчитана база – и итоговый рост пришлось заметно урезать.

Наконец, в-седьмых. На истекшей неделе я, отслеживая западную медиа-активность, впервые за долгое время отметил однозначную смену настроений. Да, они там уже довольно давно ждут кризиса, указывают на высокие уровни рынков, говорят о цикличности, о том, что "давно уже ничего не было, пора бы", и так далее. Но – по этакому консенсусу настроений – предполагалось, что он придет где-то в 2020 году, самое раннее – ближе к концу 2019 года, т.е. "ещё не прямо сейчас". Увы и ах – настроения изменились, возникает ощущение того, что посыпаться ситуация может уже весной 2019 года. Так оно или не так – покажет время, но подобного рода настрой запросто может превратиться в  самосбывающийся прогноз, для реализации которого нужен лишь триггер.

Опубликовано 22.12.18 на портале Бизнес-Онлайн, Казань.

Метки:
США, Россия, Мировая экономика, финансовая система, фондовые рынки

 
© 2011-2019 Neoconomica Все права защищены