Новая теория Материалы О нас Приглашение к сотрудничеству Услуги Партнеры Контакты Манифест
   
   
 
Материалы
 
ОСНОВНЫЕ ТЕМЫ ПРОЧИЕ ТЕМЫ
Корея, Ближний Восток, Индия, ex-СССР, Африка, проектная деятельность/проектировщики, аврально-опытная деятельность (АОД), рутина, виды управленческой деятельности, иерархия, бюрократия, национальное государство, инвестиционный климат, фирма, пузырь, Административная реформа, налоги, фондовые рынки, Южная Америка, Великобритания, исламские финансы, золотой стандарт, социализм, капитализм, МВФ, Япония, рейтинги, облигации, бюджет, СССР, наука, ЦБ РФ, рубль, финансовая система, политика, нефть, финансовые рынки, финансовый пузырь, прогноз, евро, Греция, ЕЦБ, кредитование, экономическая теория, инновации, инвестиции, инфляция, долги, недвижимость, ФРС, доллар, QE, бизнес в России, реальный сектор, финансовый сектор, деньги, администрирование
 

Если центры роста возникают, значит это кому-нибудь нужно

09.09.2018

 («Небываемое  бывает» Петр I)

Ирина Котова

Обсуждение профессиональным сообществом Стратегии пространственного развития Российской Федерации оказалось предсказуемо критичным и напомнило высказывание о теориях Т. Лысенко - стратегия «содержит много нового и полезного, что полезно, то не ново, что ново, то не полезно».  Так, было сказано, что положения стратегии имеют декларативный и описательный характер без конкретных расчетов (Юрий Росляк), нет акцента на человеке (Борис Алешин), нет развития промышленных кластеров (Артем Юдин), предлагаемые эффективные специализации и деление на 14 макрорегионов регионы не обрадовали. Выступавшие на общественных слушаниях отмечали, что многие важные проблемы, как например, моногорода, упомянуты вскользь или не упомянуты вообще. Однако этот недостаток неизбежен - ведь расширение круга проблем,  более подробное изложение их и возможных решений, неизбежно превратило бы Стратегию в объемный документ, в котором бы растворилось главное – Стратегия.

          На главный недостаток указал на общественных слушаньях В. Данилов-Данильян: стратегия содержит традиционные формальные перечисления решений, не дающих конкретный ответ на вопрос: «А что делать-то?» Тем не менее в стратегии выделен приоритет пространственного развития РФ - социально-экономическое развитие крупнейших (численность населения более 1000 тыс. человек) и крупных (численность населения более 500 тыс. – 1000 тыс.) городских агломераций. Это главное, на мой взгляд, достоинство стратегии, которое ставит крест на концепции равномерного расселения населения страны. Сильнейшая критика этого положения была предсказуема – кому из нас не жаль, умирающих сел, поселков, деревень? И тем не менее, если исходить из того, что цель стратегии развития страны - ее качественное преобразование: из «сырьевой сверхдержавы», (основной доход которой экспорт углеводородов, иного сырья и продукции первого передела) в страну, доходы, которой формируются за счет продукции с высокой добавленной стоимостью, то точками роста могут быль только территории с высокой численностью и плотностью населения (необходимое условиевысокой производительности труда). Заявленная же цель стратегии прямо противоречит заявленному приоритету: «устойчивое и сбалансированное пространственное развитие РФ, обеспечивающее развитие человеческого капитала, сокращение межрегиональных различий в уровне и качестве жизни населения». Понятно, что она призвана смягчить негативный эффект, но чудес не бывает, рост всегда бывает за счет чего-то. Рост имеющихся крупных и крупнейших агломераций, а также возникновение новых точек роста возможно только за счет остальных: малых городов, поселков, деревень (что подробно объясняет А. Шарыгин в рамках теории Неокономики) Это не означает отказа от мер социальной поддержки населения (как указанных, так и неуказанных в СПР), но все они – социальные расходы, а Стратегия - о доходах, об инвестициях с целью увеличения доходов.

Указав 40 крупных и крупнейших городских агломераций как текущие и перспективные центры экономического роста, авторы Стратегии не решились ни на расстановку приоритетов среди них, ни на «шорт-лист». Попытка следовать этому буквально и развивать 40 агломераций одновременно (или даже 20-26 агломераций, как предлагалось ранее) - это не на много отличается от инерционного сценария, который критикуют авторы стратегии. По факту, приоритет, как правило, выбирается, но очевидно это будет сделано вне рамок Стратегии и профессионального обсуждения.

Одним из таких приоритетов могли бы стать развитие Московской и Санкт – Петербургской агломераций. (Принцип – развивать то, что само развивается.) Эта идея широко обсуждалась профессиональным сообществом. Наиболее высокая численность и концентрация населения, город-порт, научный и промышленный потенциал – наилучшие условия для повышения производительности труда, а перечень достоинств можно продолжать и продолжать. Авторы стратегии безусловно знали об этой идее, но не рассматривая ее, указали тенденцию: «замедление темпов концентрации населения пределах Московской и Санкт-Петербургской городских агломераций». Эти регионы уже не нуждаются в дополнительном притоке населения, а повышение транспортной связанности уже реализуется: высокоскоростная железная дорога, прокладка новой трассы Москва-С.-Петербург, активное дорожное строительство в Московской области.  Создание и развитие компаний с высокой добавленной стоимостью в этих регионах – уже не часть СПР РФ, а других подстратегий общей стратегии развития России.

Другим приоритетом мог бы стать предложенный руководителем НИЦ «Неокономика» О. Григорьевым проект построения города-трехмиллионника на базе города с населением около 500 тыс. человек. «Новые рабочие места, производство, строительный сектор, мебельные фабрики, электроэнергетика и многое другое – все это концентрируется вокруг 3-миллионника, который становится весьма перспективным рынком сбыта и центром производства одновременно» - отмечает автор.Проект, безусловно, затратный и требует тщательной проработки, но было бы странно ожидать от стратегического проекта, способного повлиять на развитие России, низкобюджетности.  Большой город – хорошая основа для кластера и «тоже своего рода «кластер» общей направленности».

Что более утопично: ожидать, что руководство РФ обратит внимание на перспективный проект, или что проект начнет развиваться сам, под действием «невидимой руки рынка»? Как реалист, Александр Виноградов заключает: «СПР на данный момент являет собой нечто эклектичное – но на основе которого уже этой осенью должен быть сформирован пакет конкретных мер, постановлений и поручений, направленных на реализацию стратегии». И все же «небываемое бывает»…

 
© 2011-2018 Neoconomica Все права защищены