Новая теория Материалы О нас Приглашение к сотрудничеству Услуги Партнеры Контакты Манифест
   
   
 
Материалы
 
ОСНОВНЫЕ ТЕМЫ ПРОЧИЕ ТЕМЫ
Корея, Ближний Восток, Индия, ex-СССР, Африка, проектная деятельность/проектировщики, аврально-опытная деятельность (АОД), рутина, виды управленческой деятельности, иерархия, бюрократия, национальное государство, инвестиционный климат, фирма, пузырь, Административная реформа, налоги, фондовые рынки, Южная Америка, Великобритания, исламские финансы, золотой стандарт, социализм, капитализм, МВФ, Япония, рейтинги, облигации, бюджет, СССР, наука, ЦБ РФ, рубль, финансовая система, политика, нефть, финансовые рынки, финансовый пузырь, прогноз, евро, Греция, ЕЦБ, кредитование, экономическая теория, инновации, инвестиции, инфляция, долги, недвижимость, ФРС, доллар, QE, бизнес в России, реальный сектор, финансовый сектор, деньги, администрирование
 

Дело о пятидесяти миллиардах

27.04.2016

Закон что дышло, куда повернул, туда и вышло.

– Фольклорное

 

Истекшая неделя ознаменовалась вроде бы позитивной для страны новостью. В среду 20 апреля Окружной суд Гааги отменил решение Постоянной палаты третейского суда Гааги о выплате $50 млрд. бывшим акционерам ЮКОСа. Таким образом, суд удовлетворил жалобу России, признав решение о взыскании средств незаконным. Кроме того, суд Гааги постановил выплатить России издержки, понесенные в ходе разбирательства. Пресса разразилась победными реляциями; в реальности же ситуация, на мой взгляд, несколько более сложна.

История вопроса хорошо известна. В 2003 году был взят под стражу глава ЮКОСа Михаил Ходорковский, обвинён он был в хищениях и неуплате налогов. Начались судебные разбирательства, Ходорковский был признан виновным и в 2005 году получил длительный срок в местах не столь отдалённых. Его компании были выставлены налоговые претензии на сумму порядка $25 млрд. Сумма эта была для ЮКОСа неподъёмной, и развязка была закономерной – весной 2006 года Арбитражный суд принял решение о начале процедуры банкротства ЮКОСа. За год введенного в компании наблюдения в суд на взыскание долгов обратилось около 40 компаний, 30 из них были признаны судом. Наиболее крупный кредитором оказалась Федеральная налоговая служба, которой ЮКОС, по мнению суда, задолжал 353,8 млрд рублей.

Затем произошла распродажа активов. Началось это ещё с того, что в декабре 2004 года  три четверти акций крупнейшей нефтедобывающей дочки ЮКОСа – "Юганскнефтегаз" – достались за $9,3 млрд никому не известной компании "Байкалфинансгрупп", через несколько дней эту компанию купила государственная "Роснефть". К августу 2007 года распродажа была завершена, и в ноябре того же года ЮКОС была ликвидирована. Сам же Ходорковский тем временем смирно сидел за решеткой. По первому делу в 2005 году ему дали 9 лет заключения, позже сниженные до 8 лет. После этого началось второе дело, за которое в 2010 году он получил 14 лет за решёткой, сниженные до 13 лет. Три года спустя, в декабре 2013 года (отсидев суммарно чуть более 10 лет) он был помилован Путиным и в тот же день покинул страну.

Речь, впрочем, не о нём, а о "наследии ЮКОСа". Оприходование его "Роснефтью" не прошло без следов. В июле 2014 года третейский суд Гааги удовлетворил иск акционеров ЮКОСа к России. Суд счёл принятые РФ меры "эквивалентными экспроприации инвестиций заявителя", что нарушает договор к Энергетической хартии, и потребовал выплаты компенсации ущерба в $50,02 млрд. в пользу истцов. Hulley Enterprises (Кипр) должна была получить $39,9 млрд, Yukos Universal (о. Мэн) – $1,8 млрд, а Veteran Petroleum (Кипр) – $8,2 млрд., все они связаны с Group Menatep Limited (GML) и вместе контролировали порядка 70,5% ЮКОСа. Выплаты же должны были начаться до середины января 2015 года.

Понятно, это решение вызвало крайне резкую негативную реакцию России. Выплат никаких, разумеется, не последовало, РФ подала в суд три ходатайства (по числу истцов), при этом со временем на указанную сумму стали набегать проценты. С целью принудительно взыскать с России эти деньги в шести странах (Бельгии, Франции, Великобритании, Германии, США и Индии) были запущены соответствующие процессы, российское имущество и счета за рубежом неоднократно подвергалось арестам, впрочем, продать их до завершения судебных разбирательств было невозможно.

Ходатайства эти завершились, надо признать, довольно неожиданно – с учётом привычного уже западного давления. Решение о выплате денег было отменено, аргументация представителей Москвы была услышана. Смысл нового постановления можно, опуская детали, свести к тому, что арбитраж не имел права решать этот вопрос в 2014 году. Понятно, Москва приветствовала это решение, в положительном ключе высказались пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков и министр финансов Антон Силуанов, представители же GML выглядели довольно обескураженно. У них, впрочем, остаётся возможность в течение трёх месяцев оспорить решение в вышестоящих инстанциях – Апелляционном суде и Верховном суде Нидерландов, что, очевидно, и будет сделано. Перспективы же этой вероятной апелляции, судя по всему, достаточно туманны.

Должен сказать, что здесь, на мой взгляд, явно просматривается некая странность – уж если третейский суд, как таки выяснилось, не имел права принимать такое решение, то почему Москва вообще согласилась изначально на участие в этом действе? Кроме того, стоит напомнить, что ходатайства об отмене решения были поданы едва ли не в самый последний возможный для этого день, соответственно, чего ради было тянуть кота за хвост? Впрочем, это всё частности; дело здесь, похоже, совсем в другом.

Надо понимать, что сумма в $50 млрд. – вообще говоря, огромная по любым меркам. Это, например, немногим менее четверти российского бюджета этого года, или же порядка 5% американского федерального (не консолидированного) бюджета. Соответственно, я предполагаю, что решение относительно денег такого размера в принципе не может быть по-судейски беспристрастным, что здесь играют и политические мотивы. Какими они могут быть? Что такого полезного может быть в том, что сейчас стоит ослабить (в этом аспекте) давление на Россию?

Здесь на ум приходят четыре аспекта.

Во-первых, это сама история вопроса. ЮКОС был поглощён Роснефтью, соответственно, претензии по наследию ЮКОСа можно, по сути, интерпретировать как претензии к Роснефти.

Во-вторых, стоит напомнить историю формирования российского бюджета на этот год. Первая версия его исходила из той цены на нефть, которая совершенно очевидно стала нереалистичной ещё в момент принятия этого бюджета парламентом и подписывания президентом. Почти сразу же пошли поправки, сообразно которым стоимость барреля становилась более приближенной к реальности, но в результате чего появлялись выпадающие доходы и в бюджете формировалась дыра, которую, очевидно, надо было как-то компенсировать, изыскивая средства где только можно. При этом в качестве одного из таких источников была названа приватизация, доход от которой должен был, по плану, увеличиться аж тридцатикратно – до 1 триллиона рублей. Уже в январе пошли разговоры о списке объектов на продажу, к примеру, вышеупомянутый Силуанов предложил начать приватизацию с продажи госпакета (19,5%) Роснефти. Всего же Минэкономразвития (МЭР) сейчас ожидает выручить от приватизации 800 млрд. рублей; госпакет Роснефти стоит на рынке сейчас порядка 650 млрд. рублей.

В-третьих, внимания заслуживает недавняя отставка Ольги Дергуновой с поста главы Росимущества. В эту структуру она пришла в 2012 году, её нанял нынешний помощник президента Андрей Белоусов, который в то время был главой МЭР. В качестве задач ей как раз и было поставлено осуществление приватизации – ещё в 2010 году правительство Путина по поручению президента Медведева приняло масштабную программу приватизации на 2011-2013 годы. Среди прочего, планировалось продать до четверти (25% минус одна акция) Роснефти, снизить долю в ВТБ и Сбербанке, продать часть Совкомфлота и РЖД и так далее. Три года спустя программа приватизации была расширена и продлена на 2014-2016 года, при этом перечень активов на продажу почти не изменился, большая часть сделок так и не состоялась.

Важны, однако, действительные причины отставки Дергуновой. Здесь просматривается нежелание её продавать активы по низким ценам. Так, сообщалось о том, что в ноябре прошлого года (как раз в самом начале разбирательств, что же делать с внезапно прохудившимся бюджетом) на заседании у первого вице-премьера Игоря Шувалова было рекомендовано производить продажи активов без оглядки на ситуацию на рынке. Дергунова на это отреагировала в духе "мы согласны это сделать, если президент поддержит это решение"; иначе говоря, она решила не вешать на себя ответственность за возможные претензии в будущем – вида "продали Родину за копейки". Есть мнение, что именно это и послужило триггером к её увольнению.

В-четвёртых, стоит обратить внимание на список тех, кому интересна российская приватизация. Санкции санкциями – но в списке заявившихся на соорганизацию приватизации стоят американские и европейские финансовые тузы – J.P.Morgan, Citi, Barclays, Deutsche Bank, Raiffeisen, Credit Suisse, UBS и Unicredit. Кроме того, Россия наняла американскую юридическую компанию White & Case LLP для помощи в процессе приватизации "Роснефти".

Что получается, если сложить вместе эти четыре фактора? Правильно, в этом случае прямо просматривается весьма вероятная продажа пакета Роснефти зарубежному инвестору. А зачем уважаемой структуре проблемный актив, с судебным обременением?

Здесь нелишне вспомнить историю ЮКОСа. Еще в апреле 2002 года Ходорковский предупреждал в Wall Street Journal, что в течение нескольких лет основные российские нефтяные компании будут проданы иностранным гигантам. Конкретно ЮКОС был практически полностью готов к продаже американской ExxonMobil за $25 млрд. Сделка эта, понятно, не состоялась, а разнообразные "патриотические круги" были очень этому рады – мол, молодец Путин, не пустил в страну поганый американский империализм.

Похоже, однако, что колесо провернулось ровно на один оборот – но уже с другими акторами.

Опубликовано 24.04.16 на портале Бизнес-Онлайн, Казань.

Метки:
Россия

 
© 2011-2018 Neoconomica Все права защищены